"В ту же минуту Трещит аппарат:
-Четыре каюты Нью-Йорк –Ленинград,
С ванной, Гостиной, Фонтаном И садом.
Только смотрите, Чтоб не было Рядом
Негров, Малайцев И прочего Сброда.
Твистер Не любит Цветного народа!".
С. Маршак.
Чем Мистеру Твистеру малайцы не угодили, мне, например, непонятно. Мирная нация, тихая, даже можно сказать, тишайшая. Ну прямо как наш царь Алексей Михайлович. Хоть и являются они у себя в Малайзии "коренной" нацией и этническим "большинством", но по сути они уже давно вытеснены из деловой жизни китайцами и индусами, которые, в общем-то, тоже являются коренными, поскольку живут здесь уже с десяток поколений. Конечно, султаны там или высшие чиновники все стопроцентные малайцы. Но деньги, отбираемые ими у населения, зарабатываются именно «некоренными».
... Мы сидим за столиком харчевни в китайском квартале Куала-Лумпура, пьём малайское пиво и едим креветки. Вокруг толкотня и суета; толпа то и дело стреляет озабоченными глазами, ищущими дешёвой и быстрой стряпни. В толпу молчаливо и потерянно смотрит Бражников. Потом бросает неожиданную фразу, суть которой заключается в том, что сама по себе Азия даёт обильную пищу для размышлений и что через неё мы можем увидеть себя, европейцев, как бы в другом измерении. На это у меня рождается афоризм, который Бражников несомненно припишет потом себе, а чтобы не остаться совсем без никаких лавров, спешу его тотчас же вам сообщить:
«Азия – это бронзовое зеркало, в которое смотрится весь остальной мир, и которое со временем накроет этот мир медным тазом».
Вот там, за тем столиком, сидят полукругом рюкзачники, сиречь бэкпекеры, американские и обсуждают достоинства этих самых креветок, а тут русская полубогема ударилась в интеллигентские размышления о судьбах мира и России. Ешь, пей, радуйся; так нет – малайзийцев жалко стало!
А потому их жалко, что закабалил их собственный король. Вроде и капитализм в стране, и демократия со свободой, а только всё равно живут словно в рабстве. Как же так? А так: для того чтобы купить машину или квартиру, малайзийцу надо брать кредит. Проценты гигантские: фактически переплата составляет 300%. Пошлины на машины столь высоки, что приобрести личное авто сразу может себе позволить далеко не каждый. Без машины до работы не доберёшся. А посему опять дорога лежит в государственный банк, за кредитом. Так и вкалывает малайзиец всю жизнь, покрывая собственные долги, а если не дай Бог вовремя взнос не сделает, то квартиру или машину отбирают уже через два месяца, и деньги внесённые не возвращают. И что же это получается? Военный коммунизм какой-то под вывеской либерального капитализма. И король-изверг...
Но эти мысли посетили нас вечером, а за сутки до этого мы начали своё путешествие в Малайзию в Шереметьево-1, откуда должны были лететь «Узбекскими авиалиниями». Перед тем на форуме Сергея Винского поспрашивал народ, чего от этих линий ожидать. Большинство уверяло, что ожидать от них можно только хорошего. И только один человек выступил «с негативом» и прямо по-горьковски «испортил песню». Но на деле всё оказалось довольно неплохо, особенно в плане еды. Не подумайте, что мы какие-то дети Повольжья и только о еде и думаем, но согласитесь, что хорошо и вовремя покушать, выпить и закусить в дороге – вещь немаловажная. Стюардессы хоть и не красавицы, но очень любезны были, хоть один раз и облили горячим чаем сидящего впереди меня малайца. Но горячий чай – это не самое неприятное, хоть и жжётся местами сильно. Год назад когда летел в Сингапур на меня какое-то пьяное мурло прямо-таки блевануло, и хорошо что не в лицо, а так – на джинсы, джемпер... Оттёр конечно; мужик дико извинялся, называя меня своим братом, но с тех пор я с большим подозрением отношусь к фигурам, нависающим надо мной в проходе между креслами.
Самое любопытное в аэропорту «Ташкента» - это его облик. Никогда не видел аэропорт, выстроенный в стиле сталинского ампира. Это всё равно что терминал Шереметьево-3 построили бы в стиле «русского национального романтизма» как когда-то здание ГУМа. А что? Железнодорожные вокзалы можно, а аэропорты нельзя? Главное, чтобы глаз радовало! В Ташкенте попадаешь как бы в другую эпоху, лет на сорок назад. Впрочем, у всех остальных жителей Узбекистана, похоже, тоже есть такое ощущение, вне зависимости от аэропорта....
Кстати говоря, в одном самолёте с нами до Куала-Лумпура летел Михаил Кожухов («В поисках приключений», РТР). Он летел ещё дальше – в Индонезию; Малайзию он «окучил» ещё год назад. Поскольку мы с ним этой весной чуть было вместе на один из архипелагов в Тихом Океане не поехали, то я позволил с присущей мне наглостью, встретившись с мэтром взглядом, вслух порадоваться, что две съёмочные группы популярных телепрограмм летят в одном самолёте.
- Удивительно, - ответил он, - я даже не знаю, как к этому относиться... Конец фразы я не расслышал и для меня теперь навсегда останется загадкой, что имел ввиду этот зубр телерепортажа. То ли «какая это честь для меня лететь с вами в одном самолёте!», то ли «давить вас надо, гадов-конкурентов». Кто их разберёт, этих мэтров?
Об одном несостоявшемся разговоре с мэтром я буду всю жизнь жалеть. За две недели до кончины видел в останкинском Телецентре Юрия Сенкевича. Он стоял и с кем-то разговаривал. Я медленно прошёл между ними, хотел было развернуться и спросить о поездке, которую он намечал в Папуа-Новую Гвинею (я консультировал по этому поводу его менеджеров, готовивших этот визит), но в последнее мгновение решил, что не будучи представленным не стоит приставать к такому человеку. Ох уж это заразное англичанство и чванливый этикет! Пропади они пропадом!!!....
В Куала-Лумпуре аэропорт ещё более оригинальный, чем в Ташкенте. Для того, чтобы попасть из зала прилёта в секцию, где выдаётся багаж и проверяют паспорта, надо сесть на монорельсовый поезд и проехать с километр над гостеприимной землёй Малайзии. Воистину, чего только люди не придумывают от избытка денег...
МИША. Этот молодой человек встречал нас в аэропорту. Министерство туризма Малайзии прикрепило его к нам на всё время нашего пребывания здесь. Сам из Ташкента, но русский. Русские из Узбекистана постепенно сваливают: и без того заработков нет, так и при наличии возможности получения такового власти предоставляют её узбекам. Судя по рассказам Миши, единственное, что работает на родине Улугбека – авиалинии. Но сам он несколько лет назад приехал сюда и стал первым зарегистрированным «русским переводчиком» в Малайзии. Как известно, чтобы добиться успеха в бизнесе, политике или искусстве, нужно просто оказаться первым в нужном месте. Быстрота ног определяет результат. Так и с Мишей случилось. Теперь ему поручают обслуживание наших делегаций, в том числе и самых высоких. Когда недавно Путин в Малайзию приезжал, то именно Миша был переводчиком с русского на аглийский у малайзийского премьера Махатхира Мохамада. Того самого Махатхира, который на форуме исламских государств в присутсвии В.В.Путина произнёс речь, в которой призывал окончательно «разобраться» с Израилем. Последняя речь премьера была. После неё его вежливо попросили с поста...
БАШНИ. Самое главное в Куала-Лумпуре – его башни. Если каких-то сорок лет назад Куала-Лумпур был самой невзрачной столицей в Юго-Восточной Азии с ущё более невзрачным названием ( в переводе нарусский – «Речка-вонючка»), то теперь он застраивается небоскрёбами так, что его трудно уже отличить от Гонконга или Сингапура. При этом все наиболее значимые объекты появились только в последние годы, включая впечатляющий по разиерам аэропорт с собственной железной дорогой. Например, Менара – телебашня высотой 421 метр. Но настоящий бриллант малайзийской столицы – башни-близнецы «Петронас Тауэр», самые высокие в мире (пока что, потому как уже строится конкурент). Особенно хороши они ночью благодаря меняющейся подсветке. Даже проплывающие в провале неба облака и то подсвечиваются. Зрелище фантастическое, хотя посещение башен оставляет в душе смешанные чувства. Они напоминают стальные муравейники, в которых в крохотных норках-конторках отрабатывают свой срок на земле тысячи живых существ, крутящих турникеты на входе-выходе по утрам и вечерам.
Между башнями есть переход, одновременно являющийся смотровой площадкой. Но лучшая площадка находится всё-таки на куала-лумпурской телебашне Менаре, куда тоже можно подняться. И тогда уж можно обозреть Куала-Лумпур на все 100%, включая «Петронас Тауэр». Сразу становится ясно, откуда город начинался, куда шагал дальше, где деловой квартал, а где жилой. Кстати говоря, большинство куала-лумпурцев живёт в «кондоминиумах» - многоэтажных закрытых комплексах, с собственной охраной, гаражом, бассейном. И расположены эти «кондоминиумы» довольно далеко от центра, так что без машины малайзийцу точно не обойтись.
КИРПИЧОМ ПО ГОЛОВЕ. Несмотря на относительное экономическое благополучие, стабильность и уравновешенность жизненного уклада, нет-нет да и случаются отдельные эксцессы. Газеты пестрят сообщениями об убийствах, грабежах и изнасилованиях. Женщину ударили кирпичом по голове и бросили в бассейн... Трое грабителей, один из которых был вооружен топором, остановили автофургон и забрали партию микрочипов... Наш водитель вчера припарковал у дома недавно приобретенный миниван, а сегодня утром его не обнаружил! Поэтому огороженный кондоминиум бережёного бережёт. Хотя на месте некоторых грабителей я бы вместо топорика использовал бензопилу «Дружба». Гораздо эффектнее, и к тому же можно пригозить шоферу тем, что в случае чего машину на ленточки покрамсают.
МЕРДЕКА. Это слово значит «независимость». Федерация Малайзии образовалась в 1963 году и включала Малайю (Малаккский полуостров; получила независимость в 1957 г.), Саравак и Сабах на Борнео, а также Сингапур (до 1965 г.). Англичане, будучи беспринципными хапугами чужих территорий, всё-таки проявили мудрость и не стали подобно французам ломать сложившиеся формы государственности у тех народов, которые переходили под британский «протекторат». Они управляли территориями посредством местных вождей, князей, королей и султанов. Кстати, именно благодаря такому небескорыстному уважению к местным традициям со стороны британской администрации, в бывших колониях Её Величества в большинстве случаев отношение к белому человеку, европейцу ненастороженное и невраждебное (исключая те страны Африки, где чёрный расизм, подогреваемый исламом, набирает угрожающие обороты). Малайзия представляла собой конгломерат маленьких султанатов. Даже почтовые марки выпускались каждым султанатом отдельно. Потом султанаты стали штатами. И даже флаг Малайзии напоминает своими красными и белыми полосами «штатовский».
Мердека Сквер – Площадь Независимости есть главная и самая красивая площадь Куала-Лумпура. Бывший дворец султана Абдул Самада (построен англичанами в 1897 г.) ныне занят Верховным Судом. Своим викторианским индо-мавританским фасадом с башенками и куполами он врыходит на площадь, по-английски засаженной аккуратно подстриженной травкой. Тут же флагшток с развевающимся флагом Малайзии. Под флагштоком прорвало канализацию, а потому создаётся впечатление, что специально пустили дым, как под Пугачёву с «Айсбергом». Вечером вся сторона Мердеки, на котором находится бывший султанский дворец, иллюминируется, напоминая какой-то сказочный город Шахерезады. Если вы это видели и насладились стрелами «Петронасов», то можете спокойно ехать из Куала-Лумпура дальше по Малайзии – всё самое достойное внимания в городе вы уже увидели.
Хотя если душа у вас лежит к природе, то стоит посмотреть «джентельменский набор», очень напоминающий сингапурский: парк птиц, парк бабочек, парк орхидей. Зоопарка пока нет, но зато здесь есть «Олений парк». Оленей в Малайзии очень уважают.
КАУЧУК. Англичане – большие проходимцы и жулики. В своё время тырили всё то, что представляло хоть малейшую ценность. Вот и из Бразилии тайком вывезли ростки дерева гевеи, которое при надрезе его коры ножом плакало белым вязким соком. Каучук начал кормить с тех пор не только бразильцев, но и малайцев. Потом нашли другие способы изготовления резины, но по сию пору высококачественный латекс во многих случаях незаменим. Например, в производстве «изделия № 2». Сам процесс получения полуфабриката выглядит довольно аппетитно. Сначала надрезают кору. Потом по желобку сок гевеи стекает в баночку. Потом из баночек белую массу сливают в вёдра или бидоны, а потому «сборщиц каучука» можно сравнить с нашими доярками. Потом при помощи всевозможных манипуляций и термических обработок каучук превращается в нечто, напоминающее омлет, только твёрдый. Потом он прессуется на выходе получается увесистая тридцатитрёхкилограммовая буханка такого же цвета, что наш ржаной хлеб. Буханку засовывают в пакеты и так экспортируют.
Каучук действительно выглядит аппетитно. Так аппетитно, что невольно приходит мысль попробовать его на вкус. Лично я не решился поймать языком капельку «каучуового молочка», но Бражников не только капельку поймал, но и проглотил. Причём так вошёл во вкус, что начал жадно глотать каплю за каплей. В детстве я всегда боялся проглотить жвачку, потому как родители меня пугали тем, что если её проглотить, она прилипнет к стенке кишечника и его закупорит. Будет страшный, смертельный запор. А тут человек в расцвете сил глотает и глотает то, что по идее представляет будущую жвачку и может вызвать те же последствия. Я ему намекнул, что потом трудно будет объясняться с проктологом, да и страховая компания, если что, не возместит затраты на лечение и тем более на вывоз тела, потому как глотая резину человек сам добровольно вредит здоровью. Он послушался, но всё равно сетовал на то, что пищевая промышленность до сих пор не предлагает потребителям такое лакомство. Есть кокосовое молоко, а каучукового нет. Несправедливо! Хотя икру из нефтяных отходов советские люди ели, и ячменный кофе пили. И мечтали о том, чтобы тот счастливчик, что едет заграницу, привёз им настоящий «бубльгум»...
КИРКОРОВ и «КАРАМЕЛЬКИ». Я где-то читал, что две смазливые девчонки из попсовой группы «Карамельки», все достоинства которой ограничивались именно смазливостью исполнительниц, познакомились друг с дружкой в Малайзии на заездах «Формулы-1» (наверное, хотели соблазнить Шумахера). А потом сюда приехал Ф. Киркоров и снял клип «Радио Бейби» (или как его там?). Так что русский шоу-бизнес имеет такие же «исторические места» в Малайзии, как группа «Queen» в Швейцарии. Но не только попсовики здесь засветились. В Малайзии любят поправлять здоровье чеченские «повстанцы», а семья Масхадова вообще здесь обосновалась. Однако я бы в пику этим «борцам за свободу» неофициально именовал «Шахаламскую мечеть» (в Шах Аламе) – самую большую в Малайзии – «Шикадамской». В честь Фили.
Кстати говоря, русским в Малайзии многое напомнит Родину. Например, некоторые малайские слова до неприличия смахивают на наши. То и дело попадаются на глаза надписи типа: «Бука», «Сука», «Педик» и т.п. Но самая экзотичная надпись красовалась на какой-то будке в Шахаламкой мечети – «Табунг дерма». Табун дерьма какой-то получается? А всего-навсего – «сбор пожертвований». Но «сука» - это уже серьёзнее. «Сука» – это «любовь». Вот такая «сука-любовь» получается...
МАЛАККА. Для всякого, кому дороги дороги и кого будоражит тёплый весенний ветер с южных морей, Малакка есть его Иерусалим. Или Мекка. Как хотите. Ибо само это слово пробуждает генные воспоминания или мечты о дальних странствиях. Нет ни одного морехода, чей корабль миновал бы Малакку, напрявляясь в Китай, Японию или к Островам Пряностей. Арабские Синдбады-мореходы заходили сюда с ХIV века, а скорее всего и ещё раньше. Они принесли сюда ислам, вырвав малайский народ из семьи восточноазиатских индуистско-буддийских народов. Нужно учитывать, что малайцы населяют не только Малайзию, но и Индонезию, говоря практически на одном языке (в Малайзии на «бахаса малайзия», в Индонезии – «бахаса индонезия»). Индонезия сейчас считается самым крупным мусульманским государством на планете. А началось всё здесь, в Малакке.
Таких городов мало, но они есть. Они являются теми кастрюлями, куда каждая цивилизация бросает щепотку себя. Китай – китайцев, Индия – индусов, Европа – губернаторов. В Малакке в перспективе всего одной улицы можно увидеть индуистский храм, одну из первых в Малайзии мусульманских мечетей, даосский храм.
После арабов здесь появились китайцы. После них в 1511 году – португальцы во главе с Де Альбукеркой. В 1641 году их вытеснили новые хозяева этих мест, отхватившие ещё островов от Суматры до Новой Гвинеи – голландцы. В самом начале XIX века голландцев попросили отсюда англичане, которые оставили себе небольшой, но очень жирный кусок – Малакку, закрывавшую проход кораблей через одноименный пролив. А это уже вкупе с Сингапуром – практически монополия на международную торговлю во всей Восточной Азии.
В Малакке есть, что посмотреть, и хотя здесь нет каких-либо грандиозных архитектурных ансамблей, но имеются такие свидетели прошлого как голландская церковь Св. Петра (1710), Стадхуйс (ратуша) 1650 года, а также руины португальской крепости А Фамоса и церкви Св. Павла, тоже построенной португальцами. Внутри Стадхуйса и в прилегающих зданиях – довольно богатый исторический музей. Всё это сосредоточено на маленьком пятачке, таком своеобразном «европейском гетто» Малакки. Чуть поодаль – китайский квартал с великолепным храмом Чен Хун Тен XIV века. Прежде всего надо обратить внимание на крышу – такого изящества даже в самом Китае не сыщешь. Интересны и малаккские мечети, построенные в таком стиле, что сразу и не поймешь, что это и чей храм. Одним словом, мешанина (то бишь эклектика) в Малакке на каждом шагу. Да и вообще в Малайзии всё смешалось похлеще, чем у Облонских. И что удивительно – морду друг другу никто не бьёт. Живут же люди!
Ещё в Малакке есть Морской музей, но модель галиона в натуральную величину сделана слишком топорно, наспех. Я видел прототип в Амстердаме должен сказать, что разница как между «Лексусом» и «Запорожцем». Уж простят меня малайцы...
Из Куала-Лумпура до Малакки два часа езды по автобану. Этот же автобан идет из Сингапура до Бангкока. Ещё по этому же маршруту ходит шикарный поезд «Восточный экпресс», но поездка на нём обходится слишком дорого – порядка 1000 долларов за четырёхдневное путешествие.
ВСЯКАЯ ВСЯЧИНА. Наша поездка по Малайзии носила сугубо ознакомительный, очень беглый характер. Что-то удалось выцепить очень интересное, что-то оказалось лишним. Например, остров Лангкави. Вы можете сильно возмутиться тем, что я называю Лангкави «лишним». Нет, конечно, это лучший курорт в Малайзии: беспошлинная зона, дешёвый алкоголь, отличные отели на любой бюджет, песчаные пляжи. Но все эти воздушные змеи, батик и т.п. хоть и очень интересны сами по себе, но явно импортированы на этот некогда самый захудалый остров Малайзии. Лангкави – один сплошной курорт и именно так его и надо воспринимать. Для того, чтобы узнать Малайзию, надо ездить именно по ней, а не по туристским аттракционам «Малайзия в миниатюре». То же относится и к другим странам.
Мы побывали в деревне недалеко от Куала-Лумпура, где живет народность оранг-асли (всего у них около 18 племен). Они придерживаются «традиционного» образа жизни, то есть не хотят переселяться в города, а живут маленькими деревнями или отдельными «хуторами», возделывая рис. Из листьев пальмы «напа» они плетут корзины, украшения, а из высушенных листьев делают «самокрутки» вместо сигарет. Из коры же делают одежду, совсем как многие народы Океании. Оранг-асли жили в Малайзии ещё до прихода самих малайцев, а потому удивляться столь древним обычаям не приходится.
В Малакке делают деревянные волчки, которые запускают при помощи веревки, резким движением разматывая её. В деревнях устраиваются целые состязания по волчкам: чей волчок дольше продержится или на выбивание чужого волчка с поля своим.
Под Куала-Лумпуром мы заехали на оловянную фабрику «Royal Selangor», где делают довольно дорогую посуду и изысканные украшения из олова. Больше всего мне понравились шахматы в виде рюмок. Если играть по-крупному, наливая туда что покрепче и поставив условие, что фигура съеденная есть фигура «выпитая», то игроков нужно будет просто выносить с «поля боя». Я думаю, что у нас такие шахматы пошли бы нарасхват и Москва быстро стала бы шахматной столицей мира. Даже чемпионаты можно будет проводить по алкогольным шахматам.
САРАВАК. То, что это очень экзотическое место, я слышал давно. Во-первых, это на Борнео, а само это название звучит как музыка. Во-вторых, жители его до недавнего времени практиковали «охоту за головами»: не убив врага и не принеся его голову в родную деревню, нельзя было стать настоящим мужчиной. Попутно украшали тело татуировкой, тематика сюжетов которой зависела от количества и качества убиенных врагов. Для тех, кому непонятно, объясню поподробней, но попроще.
Малаккский полуостров и острова Индонезии – это гигансткий мост, по которому шли племена и народы, новые расы, заселявшие Тихий океан. Прародиной, к примеру, полинезийцев считается Тайвань и южные районы Китая. Филиппины, Борнео, Сулавеси, Новая Гвинея, острова Меланезии – вот этапы большого пути. До них схожий путь проделали предки меланезийцев. Можно сказать, что Малайзия и Индонезия одной ногой находятся в Океании. В труднодоступных горных районах Борнео (Калимантана) живут немалайские племена, которые, возможно, являются родственными тем, кто участвовал в Великом Переселении, но задержался здесь. Потому и многие обычаи похожи. Формы искусства – резьба и роспись по дереву, ритуальные маски, барабаны – тоже. В глубине Малаккского полуострова живут семанги – родственники папуасов и австралийских аборигенов. Сам Николай Николаевич Миклухо-Маклай (см. подробнее мой рассказ «Острова кучерявых» 2002 г.) их изучал и подробно описал, но потом все свои материалы сжег для того, чтобы они не достались англичанам и не позволили им быстро и беспрепятственно проникнуть вглубь полуострова. Что касается Борнео, то в его горной части, в долинах рек, прорезающих джунгли, живут племена, которые не знают электричества, живут охотой и собирательством, перекочевывая с места на место. Так что на Борнео не только орангутаны живут.
Основные народности, населяющие Саравак – бидайю, ибан, меланау, группа народностей оранг-улу, включающих в себя племена пенан, кайан, кенья, келабит и лун-баванг.
Бидайю и ибан именуются также даяками: первые – «сухопутными» вторые – «морскими». Даяки населяют и индонезийскую часть Борнео, называемую чаще Калимантаном. Похоже, что там они менее счастливы, поскольку то и дело появляются сообщения о массовых столкновениях между теми или иными этническими и религиозными группами. Малайзия же страна более благополучная. И «сухопутные», и «морские» даяки живут в «лонгхаузах» - длинных домах. Это такой «многоквартирный дом», который может быть и двухэтажным, в котором живёт фактически вся деревня. У каждой семьи отдельная жилая комната, но веранда, кухня, хозблоки общие. Такая вот коммуналка получается. И живут так по сию пору, хоть и кроют дома не пальмовыми листями, а оцинкованным железом. Если бидайю живут в глубине острова, то ибаны селятся по берегам рек, и порою сваи, длинный дом предержащие, во время подъема реки уходят прямо в воду, так что к дому можно только на лодке подплыть. Ибаны – отличные ткачи; их узорчатые ткани «икат» славятся на весь Саравак.
Меланау отличаются от своих соседей тем, что в основе их питания лежит не рис, а саго, что, кстати, напрямую роднит их с народами Океании, где о рисе отродясь не слышали. Дома их по архитектуре тоже отличаются; собственно, именно меланау и строят впечатляющие «многоэтажные дома», где «кваритиры» расположены также друг над другом, причём наиболее престижными считаются верхние этажы. Впрочем, этажей все равно два, да ещё «нулевой», под самыми сваями, где дети на качелях качаются.
Оранг-улу живут в верховьях рек, в более труднодоступных горных районах. Сваи их домов и «террасы» покрыты великолепной «абстракционистской» росписью, мотивы которой уж очень напоминают папуасские в долине реки Сепик на Новой Гвинее. Пенаны охотятся на зверя и птицу при помощи духовой трубы, которая «плюётся» отравленными стрелами. Внешне очень напоминают индейцев Амазонии. А что? Индейцы в Америку тоже из Азии пришли, через Чукотку и Аляску. Выходит, что чукчи – тоже родственники индейцев. Только более спившиеся...
БЕЛЫЙ РАДЖА. Саравак изначально был территорией Брунея. Это сейчас султанат Бруней такой крохотный, хоть и несметны богатства его, вернее его султана. А в XIX веке весь север Борнео был брунейским. Контролировать такую громадную территорию, где и сейчас не везде есть дороги, было трудно. В 1836 году малайцы, живущие в долине реки Саравак, подняли восстание против султанского наместника. Дело поправил профессиональный английский авантюрист Джеймс Брук (James Brooke), который прибыл сюда с командой таких же солдат удачи на корабле «Роялист». Восстание было подавлено и расстроганный султан Брунея в 1841 году сделал Брука своим наместником, пожаловав титул «раджа». После его смерти «престол» наследовал его племянник Чарльз Брук, построивший в Кучинге, столице Саравака, много красивых и полезных зданий, как то: крепость Форт Маргарет (в честь его жены, написавшей, кстати, любопытную книжку «Королева охотников за головами» о самой себе), Астану – дворец «белых раджей», Квадратную Башню, первоклассный Музей Саравака и т.д. Последним саравакским раджей стал Чарльз Винер Брук, которому пришлось бежать из страны, когда Борнео был захвачен японцами во время Второй мировой войны. После её окончания Саравак перешёл полностью под Британскую юрисдикцию (хотя всё это было чистой формальностью: Бруней тоже был под англичанами...). В 1963 году Саравак вместе с Сабахом вошёл в состав Федерации Малайзия.
Кстати говоря, Саравак до сих пор сохраняет автономный статус: для его посещения требуется отдельная виза. В аэропорту Кучинга все проходят паспортный контроль. Мне это показалось полным маразмом. Представьте себе, что для посещения Башкирии или Бурятии иностранцам тоже нужно будет визу отдельную открывать! У нас так вообще в паспортах оказалось сразу по три малайзийские визы. Почему вдруг? А вот почему.
МЕГА-ХАЛЯВА. Министерство Туризма Малайзии усиленно продвигает страну на мировом туристском рынке. Действительно: гостиницы здесь очень приличные, цены на проживание в них – приемлемые. Пляжи хорошие и море тоже (особенно на Борнео; Андаманское море довольно мутное). Сезон – круглый год. Ну подождит немного днём в «мокрый сезон», а потом опять ясно. Правда, налоги на алкоголь здесь высокие (за исключением Лангкави), и исторических памятников не так уж много в отличие от того же Таиланда, просто напичканного «культурными достопримечательностями». С ночной жизнью у них есть напряг, потому как страна мусульманская. А поэтому тех приятных непристойностей, что в соседнем Таиланде, здесь нет. Когда Филипп Киркоров приезжал снимать клип, возник скандал после того, как правоверные мусульмане на подходе к мечети с удивлением и с тайным удовольствием наблюдали, как полуголая танцевальная группа поддержки певца на её фоне выделывала ногами разные кренделя. Те, как положено, возмутились, и позвонили куда следует. Сценарий клипа пришлось переделывать.
Для привлечения туристов в страну Минтуризма устраивает ежеквартальные мероприятия, называемые мега-фамами (от словосочетания MEGA FAM – mega familiarization), попросту говоря – грандиозный по количеству участников ознакомительный тур, приуроченный к какому-либо празднику. Сейчас таким поводом стал Хари Райя Адил Фитри – праздник окончания Рамадана и «Открытый дом». Это такой добрый обычай, когда любой человек может зайти в любой дом и получить угощение. В Кучинг на праздник слетелось порядка 300 гостей (дорогу и проживание оплачивает Минтуризма Малайзии), в основном журналистов и турагентов, из Японии, Китая, Южной Кореи, Франции, США, Австралии, ЮАР, Нидерландов, Великобритании и России, которую представляли Ваш покорный слуга, Алексей Бражников и оператор Виталий Коневцов. Мы были самой маленькой делегацией, поскольку тех же китайцев и японцев слетелось раз в двадцать больше. Конечно, была презентация, были речи, угощение и подарки. Было также награждение персональными дипломами. Теперь мы все удостоены почётного звания «Друзей Малайзии». И можем этим только гордиться.
Вообще на это мероприятие, как следовало из завтрашней газеты, «приехало 300 журналистов из 24 стран, включая 15 иностранных телекомпаний». Учитывая, что такое случается по нескольку раз в год и будет продолжаться ещё долгое время, можно надеяться, что в мире когда-нибудь не останется ни одного журнала и студии кабельного телевидения, не побывавших в Малайзии.
Принимая во внимание нежелание многих стран себя рекламировать и продвигать (или же вообще алчущих получить огроменные деньги за съемки на своей территории), опыт Малайзии мог бы служить им уроком. Туризм – это бизнес; хочешь, чтобы он приносил доход – вкладывай деньги. Не хочешь – оставайся там, где есть, ковыряй в носу и дальше. СМИ здесь не халявщики, а партнёры. Как Лёня Голубков.
ГОРОД КОШЕК. Кучинг в переводе с малайского – кошка. Весь город напичкан памятниками этому зверьку. Есть даже специальный «Музей кошки», причём в одном здании с мэрией. По легенде, один из европейских путешественников, справшивая местного жителя, как называется это место, показал рукой на кошку, а потому непонятливый абориген и объяснил интуристу, что это кошка (кто их знает, этих белых, - может они и кошки никогда не видели?). Впрочем, в китайком языке «кочин» означает «бухту, гавань», а китайцы были первыми мореходами в Южных морях. Как бы то ни было, кошка в Кучинге – самое уважаемое существо. Правда, большинство кошек в Кучинге и в Малайзии в целом бегает без хвостов. С чем это связано, никто током объяснить не может.
Из достопримечательностей (об основных из которых я уже говорил) Кучинга и окрестностей следует выделить «Культурную деревню» и питомник орангутанов. Культурная деревня – это скансен, в котором собраны постройки разных народностей Саравака и где демонстрируются традиционные ремесла и обряды. Довольно любопытно, да и добротно сделано. В стоимость билета (45 рингит), входит «шоу» - песни, пляски, плевки из духовой трубы по воздушным шарикам. Всё заканчивается исполненем хита – туристского гимна Малайзии «This is Malaysia, it’s truly Asia!» и коллективным танцем артистов и зрителей на сцене. К нам эта песня так привязалась, особенно припев, что теперь она постоянно звучит у нас в голове. Просто психоз какой-то...
Что касается орангутанов, то на Борнео достаточно много питомников, где они живут в естественной среде. В один из них мы поехали. Пройдя по тропинке сквозь гущу тропического леса, мы вышли к площадке на краю глубокого оврага, на которой собрались зрители. Над оврагом был сделан помост, на котором стоял лесник с ведром еды для орангутанов, и созывал их на обед. Но они не появлялись, поскольку шел дождь, а они от дождя прячутся. К тому же, утром их уже кормили. А посему следует запомнить правило: к орангутанам, живущим в природной среде, следует ездить по утрам и в сухую погоду.
В деревню к бидайю мы тоже ездили. Деревня не «культурная», а настоящая. Бражников сразу заловил какого-то девяностолетнего дедушку и стал брать у него интервью. После того, как старик не смог ответить на вопрос том, как он оценивает жизнь сейчас и двадцать лет назад, и на пару менее сложных вопросов, стало понятно, что дедушка просто не понимает по-малайски, а наша переводчица не владела местным диалектом. Отпустив дедулю идти по своим делам, мы направились в саму деревню. Хоть люди и живут в ней в «длинных домах», всё большее число предпочитает уже отдельные «коттеджи». Живут неплохо: просторные прохладные комнаты, телевизоры, видеомагнитофоны. Но рядом с каждым «длинным домом» - святилище («head house»), в котором уже сотню лет хранятся черепа давно забытых врагов. Черепов немного; в некоторых «хэдхаузах» их вообще нет, но святилища стоят, поскольку трогать их боятся. Перед тем как покинуть его, надо оставить какое-нибудь подношение, например сигарету, чтобы духи не обиделись и не стали преследовать непрошенного гостя. Конечно, всё это суеверие. Но кто их знает, этих духов, чего от них ожидать...
КОРОЛЬ МАЛАЙЗИИ – ЛУЧШИЙ СУВЕНИР. На площади Мердека в Кучинге сегодня вечером праздник. Приезжает король Малайзии, султан Брунея и несколько послов незначительных государств. По дороге из гостиницы на площадь мы вливаемся в плотную массу жителей Кучинга, которые осаждают павильоны с бесплатной раздачей еды и напитков. Что-то вроде нашей Ходынки. Даже сытые малайзийцы любят халяву. Все народы её любят. Недавно были в Испании, в Бильбао, и наблюдали, как прохожие налетали на раздатчиков дезодорантов «Nivea». Так и везде. В Нью-Йорке в одном из богатых районов во время вечернего променада местного бомонда внезапно вырубилось электричество. Когда через полчаса снова дали свет, все бутики оказались попросту разграблены. Но это, конечно, уголовщина, а здесь в Малайзии просто хороший обычай – от души угостить всех желающих.
Удивительно то, что народ на площадь, куда должен был прибыть король, пускали практически безо всякого досмотра. Никаких металлосикателей, никаких собак, вынюхивающих взрывчатку в помине не было. По периметру площади было устроено несколько помостов (для танцоров, для прессы) и трибун для особо почётных гостей. На экране транслировалось, кто приезжает. Потом королевские особы и их приближённые проследовали в «Малайский дом», где они должны были официально открыть праздник. Вслед за этим король Туанку Фауза Тенгку Абдул Рашид и султан Брунея Хассанал Балкиях с супругами должны были по красной дорожке пройти по площади к трибуне, на которой они и будут восседать. Перед трибуной был устроен загончик для фотографов и операторов, в котором я тоже занял позицию, чтобы своей «мыльницей» запечатлеть обоих. Позади меня в толпе у бордюра я заметил двух субъектов подозрительной наружности с фотоапаратами.
«Чечены... Или палестинцы... Они наверняка хотят убить короля!» - завертелось у меня в мозгу, - «Бомбу бросят или выстрелят. А я как раз между... Эх, спасу короля, как Ширака спасли, и меня, наверно, наградят. Только б не посмертно...»
Но потом вдруг пошёл начался ливень и мне пришлось смыться поскорее: по красной дорожке я убежал под навес трибуны для мега-халявщиков, то бишь «мега-фамщиков». Потом последовало представление, ничего, впрочем, особенного не представлявшее. Единственное, что удалось увидеть вживую самую популярную малайзийскую певицу – Нурхализу. Я уже собрался было идти до гостиницы, но на полпути загремел наконец обещанный салют, и я вернулся. И правильно сделал! Миша мне взволнованно сказал, что сейчас король пройдёт обратно по ковровой дорожке и будет жать руки тем, кто окажется у барьера.
... Приближение коронованной особы было неумолимо. Вот вспышки фотаппаратов всё ярче. Вот уже прошли телохранители и пропятились телеоператоры. Вот ОН!!! Всё ближе и ближе... Жмёт руку моей соседке слева, вот его взгляд скользит по мне, он протягивает руку...ВСЁ!!! Есть контакт! Его взляд останавливается на моем возбужденном лице; я набираю в рот побольше воздуха, пытаюсь сообразить, что мне сказать если он чго-нибудь спросит. А что он может спросить? В самом деле, ЧТО? И зачем ему спрашивать? Это ж просто ритуал... О, Боже!
[I]- Вы откуда?
А я будто язык проглотил. На нём до этого вертелась какая-то чушь типа вроде «Служу царю-батюшке!». Наконец, с трудом связывая четыре слова, я отвечаю несвоим голосом:
- I a m f r o m R u s s i a...
Дальнейший диалог с Его Величеством, который несомненно войдёт в историю, состоял из двух предложений – по одному с обеих сторон.
- О, Вы король такой прекрасной страны!...
- Я тоже так думаю, - сказал король Малайзии и пошёл дальше.[/I]
...До гостиницы дошёл на автопилоте. Практически у самого входа услышал вой сирен: по улице снова промчался Его кортеж. Какой замечательный человек король Малайзии! Ходит по-простому, в рубахе из батика, здоровается со своими подданнными и со всякими посторонними людьми. Видно действительно народ его любит, раз он так ходит...
И мне самому каково: в первый раз приехать в страну и встретиться с её главой! Это всё равно что прилететь в Нью-Йорк и в первый же день столкнуться на улице с Джорджем Бушем (и спросить его, где находится Бен Ладен!). Поэтому, какие там сувениры! Главный сувенир – на кассете у оператора Виталия Коневцова.
* * * *
На следующий год махнём на Борнео уже по-серьёзному. Чтобы и Сабах с Кота-Кинабалу захватить сразу. Кстати, непонятно, почему его называют Сабахом, а не Сабой: последня буква “h” после гласной не читается. Но не это главное, а то, что на Борнео остались ещё уголки, которых цивилизация лишь коснулась, задела крылом, пролетев над ними куда-то дальше. Ехать сюда надо недели на две-три, чтоб на джипе да по лесным дорогам!.. Природу, людей посмотреть. И море тут великолепное – вода прозрачная, чистая. Красота, одним словом.
НИКОЛАЙ БАЛАНДИНСКИЙ
Куала-Лумпур, 9-17.12.03
Да
Нет
Другие отзывы автора
- Никарагуа: "Апельсиновый рай"
- Хочешь похудеть? Спроси меня!
- Зачем Колумб привёз индейцев в Барселону?
Все отзывы